На першу сторінку
 
РеєстраціяЗайтиВідновити доступ
ЛітКлуб лого
всі твори проза поезія інше рецензії форум автор

Такая вот жизнь и такое кино... 20

Світлана Князєва, 06.08.2017 року



февраль 1991 год

Ну, вот я и родила своих сыночков-близнецов! Родились они 8 февраля в 11часов 5 минут-Богданчик с весом 2,4 кг. и ростом 48 см , а в 11 часов 15 минут-Олекса с весом 2,250 кг. и ростом 47 см. Конечно, это удивительное и тяжёлое испытание-роды. Теперь, когда всё уже позади, кажется, что не так уж всё и тяжело, что стоит потерпеть ради новой жизни, ради своей кровиночки... Поступила я в роддом 6 февраля вечером. Внизу живота начались схватки, не могла лежать, могла лишь сидеть, да и то только в позе «лотос». Только в этом положении боль утихала, и я могла немного вздремнуть. Лёня повёз меня на консультацию в роддом и мне там сказали, что хожу «под угрозой срыва»:

-Срочно под капельницу! Надо продержать малышей в утробе ещё несколько дней! - сказала врач.

Меня переодели и положили в палату. Пришла медсестра и стала тыкать иголкой от капельницы в вену и всё никак не могла попасть. Исколола мне руку, кровь из моей исколотой руки залила всю постель... Жутковатое зрелище, но мне было весело смотреть на её усилия, и я стала улыбаться и хихикать. Так и не попав в вену на левой руке, она взялась за мою правую руку и сразу же попала, наконец-то, иголкой в вену. Я долго лежала под капельницей и вскоре заснула. Ясно помню сон, который мне приснился этой ночью: Снится мне Лёня, целующий мне руку, и вдруг пошёл сильный дождь. На дороге образовались серебряные лужи, и из них вдруг стал строиться прекрасный замок. Лужи как лоскуты накладывались на очертания замка снизу вверх. Я с замиранием сердца ждала, когда же закончится возведение этого чудо-замка, вскоре он стал напоминать величественный храм! И я проснулась...

Со мной было что-то не так... И вдруг я поняла, что у меня « стали отходить воды»... Возле меня забегали медсёстры и врачи. Все расстроились, что не удалось подержать малышей в утробе. Опять положили меня под капельницу, стали вводить в вену лекарства уже для малышей. Схватки повторялись всё чаще и чаще, так продолжалось целый день по нарастающей. Время между схватками сокращалось, и к вечеру меня перевезли в предродовую палату. В палате лежала ещё одна женщина, её изолировали от других рожениц, так как она была простужена! Я, конечно, испугалась, что она может заразить меня, но меня успокоили:

-Она не заразная, ей шею просквозило у окна! Её муж устроил скандал по этому поводу и попросил перевести жену в другую палату, а у нас мест не было, вот и пришлось в предродовую положить, она у нас на «сохранении» ...

Соседка по палате оказалась приятной и сострадательной. Я, чтобы отвлечься от боли схваток, стала рассказывать ей о кино, о съёмках, о муже. Она была хорошим слушателем, но к середине ночи я уже была не в состоянии произнести ни слова от боли сплошных сильных схваток. Дежурившая этой ночью акушерка Анна Куприяновна довольно прохладно отнеслась к моим «мучениям», я даже разозлилась на неё. От бессилия плакала... В-общем, та ещё была ночка! К утру стали сходиться врачи: Ирина Захаровна, Раиса Павловна и новая смена акушеров. Ирина Захаровна посмотрела меня и сказала:

-Будем рожать!

И меня ввезли в родовой зал. Это было просторное помещение с высокими потолками, белоснежными стенами, всё тут было чисто и стерильно. Меня положили как раз напротив двух огромных окон. За окнами шёл густой снег на фоне берёзок:- «Как красиво!» - подумала я. Между окнами висели в серебристой оправе электронные часы:- «Надо будет заметить точное время рождения малышей!» В вену мне опять ввели иглу и «положили» под капельницу с лекарствами, стимулирующие схватки. И тут - то и началось самое интересное! Через некоторое время схватки перестали быть болезненными, меня стало «выгибать дугой» и я непроизвольно как-то по-звериному стала то ли стонать, то ли кричать... Сбежались врачи, и Ирина Захаровна стала меня учить «делать потуги». У меня сразу как бы открылось «второе» дыхание, я вдруг поняла, что именно от меня требуется. Наконец-то я услыхала:

-Вижу головку, довольно большая! Ну, ещё тужимся, ещё...

Голова « выскочила», ещё пару потуг и родился первый ребёнок... Сразу же закричал... Мне показали моего первенца: бросилось в глаза, что у него густые тёмные волосы на голове и кругленькое личико:- «Богдан, добро пожаловать!» - промелькнуло в голове, и я взглянула на часы: «11 часов 5 минут» - показывали стрелки. Сыночка стали обрабатывать и мыть под краном, потом положили на детский стол, завернули в пелёнку и к лицу приставили кислородную трубку- маску. Я услышала, как кто-то спросил:

-А у неё там точно близнецы?

Ирина Захаровна приставила к моему животу слуховую трубку:

-Я ничего не слышу. Биения сердечка второго малыша не слышу!

-Я точно знаю, что там есть второй! - сказала я и стала «тужиться», довольно быстро появилась вторая головка:

-Вижу! Есть второй! - радостно воскликнула Ирина Захаровна.- Тужимся…

И вот ещё один сыночек увидел свет! Закричал он не сразу, только после того, как его слегка шлёпнули по попке, и голосок у него был мягче и тише, чем у первенца. Мне показали моего младшенького. Волосики на голове у него были светлые, а личико овальное, в глаза бросился курносый носик. «Привет, Олекса!» - мелькнуло в голове, часы показывали 11 часов 15 минут. « Разница в возрасте у них будет ровно 10 минут»,- отметила я для себя.

Второго малыша тоже обработали, помыли, у Богдана забрали кислородную маску, и одели Олексе. Я услышала, как возле них разговаривали врачи:

-Мальчики хорошие, не маленькие, у них всё в норме.

У меня стала отходить плацента. Её вытащили, «обработали» меня йодом и оставили в покое...

А над моими малышами «ворковали» акушерки:

-Братья! Братишки! Какие красавцы! А пипки какие? Мужики! Ох, девчонки, держитесь!

А я смотрела, как за окнами падал снег... Не было ни единого дуновенья ветерка... Берёзки сверху до низу были густо припорошены снегом, каждая тонюсенькая берёзовая веточка укрыта снежком... Хлопья снега опускались на землю как в замедленной съёмке, как в «рапиде»... «Эта снежная картинка навсегда будет ассоциироваться у меня с рождением моих сыновей», - подумала я. Ко мне поднесли два спеленатых комочка... Младенцы показались мне самыми красивыми и очаровательными на свете, я попросила:

-Положите мне их на грудь!

Акушерка осторожно положила малышей в мои объятья. Слёзы радости и умиления сами по себе потекли из моих глаз... Ради такого мгновения стоит родиться и жить...





март-октябрь 1991 года

Вот мы и дома! В нашей квартирке стерильная чистота. На столе стопкой лежат выстиранные и проглаженные пелёнки, распашонки, шапочки. Женщины из пошивочного цеха киностудии сшили это «приданое ». В стране все магазины пусты, дефицитом стало и детское бельё. Перестирала и перегладила всё для наших малышей Мария Миколайчук. Огромное ей спасибо! Мы бережно уложили младенцев в пока что единственную деревянную кроватку. Детки такие крошечные в этой кроватке, у каждого свой уголок.

-Как бы не перепутать их! Кто где? - говорит отец семейства.

-Я не перепутаю, они ведь такие разные!

-Тебе видней!

Лёня показывает мне стопку поздравительных телеграмм со всего Советского Союза: из Грузии от Чхеидзе, из Молдавии от Лотяну, из Москвы от Бори Хмельницкого, Сафонова, Тамары Сёминой, Перцева, из Одессы от Коваленко Юры и ещё каких-то друзей, соучеников. Все поздравляли нас с рождением близнецов! Я не ожидала такого внимания к нашей семье!

Наши малыши сразу после рождения «взяли грудь» и я кормила их материнским молоком. По-очереди они не хотели кушать. Пока я кормила одного, второй горько орал от горя, что не он первый. Мне подсказали акушерки кормить их одновременно и показали как. На это зрелище потом сбегалось половина роддома полюбоваться. Я укладывала малышей ножками за свою спину, а личики поворачивала к моей груди. Они одновременно припадали к соскам, кушали, а затем одновременно «отваливались» от моей груди, отдыхали, а затем так же одновременно опять «присасывались». Все зрители были в восторге от этого «зрелища». Со стороны я, наверное, была похожа на свиноматку...

Начались «суровые будни»... Мы с Лёней катастрофически не высыпались. Я каждый день была вынуждена перестирывать кучу подгузников и пелёнок, бороться с «опрелостями и коликами в животиках», купать в ромашке и чистотеле наших пупсиков, делать массажики, гулять с ними на улице, с трудом протискивая двойную коляску в двери и так далее. Муж помогал мне изо всех сил. На сороковой день после родов я заболела «послеродовой лихорадкой». Температура под 40, всю трясёт, полуобморочное состояние и боль в груди. Лёня всю ночь заботился обо мне и пеленал орущих младенцев. Я среди ночи просыпалась от крика ребёнка и спрашивала у склонённого над пеленальным столиком мужа:

-Что ты делаешь?

-Пеленаю...

Я впадала в забытьё и через некоторое время опять просыпалась от детского плача:

-Что случилось?

-Пеленаю...

Лёня пеленал младенцев очень медленно, то ручка, то ножка каждый раз «выскакивала» из пелёнок и пока он заканчивал пеленать одного, второй просыпался, успев обмочиться. Так продолжалось всю ночь. Дети были голодные, так как я не могла их кормить из-за болезни груди. Только уже утром к нам приехала на помощь младшая сестра Надя, она привезла «по связям» добытую банку сухого молока (импортного детского питания) и накормила сыновей. Ко мне пришёл врач, выписал лекарства, и всё постепенно наладилось. Леонид в этот период заканчивал работу над «Подарком на именины». Предстояла ещё сдача картины разным инстанциям. Нам интенсивно помогала Нина Михайловна, она привозила кастрюли с голубцами или налистниками:

-Это для вас, чтоб не умерли с голоду! Тебе, Света сейчас не до того, чтобы готовить для взрослых!

Мне действительно было очень тяжело. Я была благодарна за любую помощь от кого угодно...

Однажды я заметила нечто удивительное, когда оба младенца лежали в кроватке: они одновременно смотрели на что-то на потолке, потом одновременно стали сопровождать взглядом это «что-то». Я посмотрела на потолок и ничего не увидела. А малыши ещё некоторое время смотрели на «что-то», одновременно поворачивая головы в ту или иную стороны... Я вспомнила, как бабушка Василиса говорила мне когда-то, что младенцы видят «ангелов». Может быть, к моим мальчикам прилетал ангел? Когда один ребёнок, то такого явления не заметишь, а вот когда одновременное сопровождение глазами и одновременные повороты головой двух деток, то это уже явное чудо!

Когда деткам исполнилось три месяца, мы решили их крестить в церкви на Татарке у нашего «духовника», который нас венчал, у отца Анатолия. В кумовья мы пригласили Наташу Туркию и Михаила Беликова для Олексы, а Валю Ильяшенко и Василия Витера для Богдана. Мы хотели взять в кумовья Бориса Хмельницкого, но он был в этот день на съёмках и не смог прилететь из Москвы. В этот же день Анна Павловна Чмиль пригласила Лёню окрестить свою дочь Лесю в этой же церкви. Леонид с радостью согласился. В храме малыши вели себя «прилично». Специально для этого события я украсила их рубашечки и чепчики кружевами, что добавило малышам очарования. После ритуала крещения от «Кагора», которым «причастил» священник трёхмесячных деток, у них воспалились губки... Мне показалось странным и ненужным младенцев «причащать» алкоголем, ведь им даже свежие соки давать не рекомендуют в этом возрасте... Что-то здесь не продумано до конца...

В конце мая мы решили ехать с детками на дачу. В квартире у нас было тесно, трудно было вывозить коляску на улицу, да и Лёне необходимо было спокойно поработать. Мы нашли по объявлению няню Таню для детей и нас на киностудийной «Чайке» отвезли в Прохоровку. Няня Таня согласилась поехать с нами с одним условием, что возьмёт с собой свою восьмилетнюю дочку, и потребовала плату за услуги 300 рублей в месяц, а это была вся кинорежиссёрская зарплата моего мужа... На даче было трудно с младенцами. Не было горячей воды, надо было постоянно греть воду на электроплите, а электричество часто отключали. Воду мы вынуждены были закачивать тугим насосом из колонки и носить вёдрами. Стирать няня Таня отказалась, и вставать к малышам ночью тоже. А мальчишки устроили мне очередное испытание: ночью один малыш спал, а другой капризничал, на следующую ночь они менялись «ролями» и теперь первый капризничал, а второй спал. У меня не было возможности ночью спать вообще. Много всяких трудностей и испытаний пришлось мне преодолеть, но свежий воздух, коровье и козье молоко, Днепр буквально в 50-ти метрах от домика, свежие фрукты и овощи восполняли неудобства и трудности. Няня Таня не долго пробыла с нами... Не прошло и месяца, как её дочка стала капризничать и проситься домой. Мы вынуждены были попрощаться с ней. Лёня не мог приехать из-за работы и срочно стал искать кого-нибудь мне в помощь. Попросил мою маму, та с неохотой согласилась, но... увидя объём работ возле близнецов, выдержала только неделю и уехала к себе в Первомайск. Следующим был муж Нади, бывший танцор ансамбля «Вирского» Валера Белов. Он заботился о том, чтобы была вода в вёдрах, ходил за молоком к местной «молочнице», закупал продукты на рынке, а остальное время ловил рыбу, загорал, купался. Иногда, когда малыши капризничали, мы устраивали им «концерты». Я пела весёлые украинские песни, а Белов под мои песни лихо танцевал, стучал ногами об пол, подпрыгивал и размахивал руками. Малыши переставали плакать, и заворожено смотрели на «странного» дядю.

Я стелила на траву огромное двуспальное ватное одеяло в тенёчке, ложилась на него вместе с сыновьями, смотрела в небо через листву абрикосы и пела деткам песенки, аккомпонируя погремушками:

«Вышла курочка гулять,

Свежей травки пощипать,

А за ней цыплятки,

Жёлтые ребятки.

-Ко-ко-ко, ко-ко-ко,

Не ходите далеко!

Лапками гребите,

Зёрнышки ищите!

Съели толстого жука

И большого червяка,

Выпили водицы

Полное корытце!

Ко-ко-ко...»

Вскоре к нам присоединилась и жена Белова. С Надей стало ещё легче, она взяла на себя приготовление еды и много уделяла внимания малышам, ведь у неё не было своих деток, поэтому всю свою нерастраченную любовь отдавала племяшкам ...Когда у Нади закончился отпуск, на смену супружеской пары Беловых приехала Нина Михайловна. Она привезла для малышей два глубоких пластмассовых таза:

-Это чтобы дети учились сидеть, из тазиков они не вывалятся... Под спинки можно подложить подушечки и пелёнки...

Мы ставили тазики с детьми на траву в тенечке, и сыночки подолгу играли в них с погремушками. Тазики были великолепным « изобретением» Нины Михайловны! Борис Хмельницкий передал нам в подарок стиральную машинку «Малютка», её доставили нам вместе с Ниной Михайловной на киностудийной машине на дачу, а кумовья Наташа Туркия и Андрей Дементьев передали нам в качестве подарка электрообогреватель. Жизнь наша стала более комфортной. На электрообогревателе мы сушили выстиранные пелёнки, когда шёл дождь на улице.

В Прохоровке, на берегу Днепра мы познакомились с другими малышами и их родителями, а это были в основном представители творческой интеллигенции. Их дачи были расположены вдоль реки, среди них были потомки писателей Рыльского и Сосюры, кинорежиссёр Юрий Ильенко со своими сыновьями, архитекторы Красильниковы с дочкой (ровесницей наших малышей), филолог Ира Олейник с сыном, директор Киево-Печерской Лавры Сергей Краливец и многие другие замечательный люди с детьми и внуками...

Юрий Ильенко делал сотни фотографий, снимал нас всех вместе и по - отдельности. Поселение интеллигенции в Прохоровке началось с Юрия Ильенко. Он приезжал сюда на выбор «натуры» к фильму и купил старую хату у местной жительницы, затем к нему присоединились «друзья и товарищи»... Мы любили с Лёней ходить в гости к Ильенкам. Я всегда с удовольствием слушала удивительные рассказы Юрия Герасимовича о съёмках, о работе с Параджановым, Иваном Миколайчуком, Борисом Хмельницким. Порой он как прямо-таки «Украинский Нострадамус» делился с нами своими пророчествами по поводу дальнейшего развития нашего кинематографа, да и Украины в целом. Частенько эти пророчества были пессимистичны. И, к сожалению, по истечении некоторого времени мы с Лёней отмечали, что Юрий Герасимович Ильенко был прав. Становление Независимой Украины проходит по сценарию, который пишется как попало и кем попало, « на ходу», без выработанной «светлыми умами Украины» стратегии развития страны и без ясного видения конечного результата …

Подошло к концу лето, детки научились хорошо сидеть, загорели, поправились, я постепенно ввела в их рацион супчики из свежих овощей, творожок собственного приготовления, кашки на коровьем молоке и свежевыжатые соки... Лёня взял отпуск на сентябрь, и мы все вместе ещё целый месяц жили на даче до первых холодов. Мы вчетвером были счастливой семьёй, восхищавшей творческую интеллигенцию Прохоровки...



ноябрь 1991 год

Уже только дома, в Киеве при осмотре малышей патронажной медсестрой, у Богдана обнаружили кривошею. Ему необходимы были массажики шеи каждый день. Лёня договорился с врачом-массажистом, чтобы она делала процедуры на дому. Врач оказалась очень доброй и душевной женщиной, она всякий раз хвалила малышей:

-У них такие красивые и умные глазки! И характеры не вредные! Вам повезло, бывают такие дети, что с одним ребёнком не могут справиться родители со всеми дедушками и бабушками!

Вначале массажи меня пугали, но потом, видя, что они приносят реальную пользу, я успокоилась. Во время процедуры массажа я держала ребёнка за плечи, а массажистка поворачивала голову Богданчика на бок, затем назад и опять набок и так минут десять. Мой сын, конечно, пытался кричать, но ему это не удавалось из-за нажима на гортань...

Мы с мужем докупили ещё одну кроватку. В комнатке стало тесно. Вдоль всей комнаты я повесила верёвки, чтобы сушить ползунки и подгузники (памперсов тогда не было, приходилось всякий раз стирать марлевые треугольнички-подгузники и просушивать их довольно часто утюгом, если они не успевали высохнуть на верёвке). Встал остро вопрос о новой квартире... Анна Павловна Чмиль взялась за решение этого вопроса. А в стране Украине творится такое, что одному Богу известно, чем всё кончится. Магазины опустели... За молоком надо вставать в 5 часов утра, занимать очередь перед магазином и ждать его открытия в надежде, что молоко привезут... После сообщения, что на одной из детских молочных кухонь детей заразили какой-то гадостью, я отказалась брать положенные нам бутылочки с молочными кашками и творожками. Я всё готовила сама, так как привыкла готовить на даче, да и вкус кашек из молочной кухни не нравился моим малышам. Поэтому нам каждый день нужны были хотя бы два литра молока. Лёня каждый день вставал на рассвете и шёл в магазин занимать очередь за молоком... В конце концов, однажды в молочном магазине он встретил киностудийного работника. Тот очень удивился, что Леонид Осыка стоит в очереди, и предложил свои услуги:

-Я буду приносить вам по два литра молока в день. Я всё равно стою каждый день в очереди, у меня внучка родилась, я пенсионер, мне это не тяжело, а вы работаете, вам надо силы поберечь...

Слава Богу, что семья Нины Михайловны тоже помогает нам «доставать» продукты, выстаивая кошмарные очереди в «Продмагах». Необходимые тёплые вещи и обувь для детей можно купить только по специальным талонам, выдаваемым детской поликлиникой. Вещи убогие по дизайну, но... что поделаешь, тепло деткам и ладно. Сын Лёни от первого брака Митя женился сразу после армии на Наташе, которая старше его на семь лет. Так получилось, что Наташа старше и меня на два года. В первый же год после свадьбы у них родился сынок, которого назвали в честь прадеда Мишей. Наташа чистюля, всё у неё в квартире блестит и сверкает. Она замечательная мать. Миша старше моих сыновей на три года. Митя с Наташей отдают нам всю одежду и обувь, из которой вырос Миша, а им в свою очередь качественную и импортную одежду поставляет из Австралии Тоня Лефтий, которая выехала с мужем туда на постоянное место проживания. Вот так и живём...

Киноотрасль тоже претерпевает изменения. Всё меняется с немыслимой быстротой и не в пользу кинематографа Украины... Лёня, бедный, замотанный: и работа, и дети, и материальные проблемы. Но он стойко держится! Я ему бесконечно благодарна. Сколько любви, заботы, терпения и внимания к нам! Начиная с роддома, где он бывал каждый день и с невероятной быстротой, пониманием и любовью « доставал» для нас с малышами всё необходимое. Не описать всех тех стараний и «подвигов » с его стороны, которые он совершал ради нас за весь этот период!

Наши мальчишки приносят нам массу удовольствия и радости. Они очень забавные и милые! По характеру они стали отличаться друг от друга. У Богданчика появилась родинка на щёчке с левой стороны. По ней все знакомые научились теперь определять кто где. Перестали «брать грудь» в семь с половиной месяцев, тогда же у Олексы появился первый зуб, а через две недели и у Богданчика стали «вылазить» зубки. Мы купили им манеж, так как они стали подниматься на ножки и стоять в кроватке. Они не ползали ни одного дня. После покупки манежа в комнате стало ещё тесней, но зато теперь они по очереди учатся ходить по кругу, садиться и подниматься самостоятельно, я не боюсь, что они ударятся о край деревянной кроватки. Богданчик научился «дрынькать» и звонко пищать, иногда «мамкает». Он всегда радостный и я его люблю какой-то особенной любовью, мне кажется, что он похож на моего отца... Олекса совсем другой... Он осторожней, чем Богдан, поэтому меньше шишек получает. Он очень симпатичный, Лёня его обожает, всё время восхищается им:

-Посмотри, какие у него идеальные пропорции тела, какая красивая голова!

Олекса не спускает с меня глаз, постоянно ловлю на себе его взгляд... Мне кажется, что он больше похож на Лёню и на его род. Вот как интересно, вроде бы близнецы, но есть явные отличия, как в характере, так и какие-то неуловимые отличия во внешности, заметные лишь, когда внимательно всматриваешься...

Наш фильм «Подарок на именины» хорошо был принят зрителями и критиками, ему дали высшую категорию. Лёня говорит, что такой лёгкой картины, как «Подарок на именины» у него ещё не было. Если бы это было иначе, то представить себе невозможно, как бы мы преодолели все трудности, и как бы это отразилось на здоровье мужа...

У нас на сберкнижке в банке уже 38 тысяч рублей, это «постановочные» за четыре картины, которым присвоили высшую категорию, начиная с фильма «Поклонись до земли», но мы пока что ничего не можем купить на эти деньги. Мечтаем дождаться, когда нам дадут новую квартиру, тогда и будем покупать всё необходимое.

Лёня весь в поиске материала для нового фильма. «Загорелся» темой о Сагайдачном. Принёс домой книжку Андрея Чайковского «Сагайдачный», чтобы я прочитала. Я, конечно, в восторге от романа, но, боюсь, что «поднять» такую историческую тему в наше смутное время, на нашей киностудии с её слабой технической базой на сегодняшний день будет невозможно. Лёня согласен со мной, но всё же решил попробовать набросать сценарную «рыбу» и составить смету. В «запасе» у него есть ещё тема о Григории Сковороде и масса киносценариев, которые наперебой предлагают редактора киностудии.

Лёня работает над сценарием о Сагайдачном на кухне, а я ну никак не могу ему помочь как прежде, когда он диктовал мне тексты, а я записывала их в толстую тетрадь понятным для машинисток почерком. Он варварски «черкает» книгу, делает закладки с отметками, а я хожу и «ностальгически »вздыхаю по былым временам...

Дети требуют постоянного внимания и заботы. Я смотрю, как Богданчик ходит вдоль манежа, стучит погремушкой и звонко произносит букву «р-р-р». А Олекса лежит на полу на ватном одеяле, голова его в горшке, он его «грызёт», зубки забавно клацают... Ему явно нравится этот процесс... Горшок у нас вещь декоративная, поскольку дети ещё не пользуются им по «назначению», они привыкли пользоваться тазиком для всяких « больших и маленьких нужд», а горшок у них любимая игрушка, в которую можно что-то положить. Так уж сложилось...





Читати коментарі (0)
Рейтинг Оцінили Переглянули
1 Василь Усатенко. 44
( написати коментар )